Общее·количество·просмотров·страницы

понедельник, 2 июня 2014 г.

две фотографии и судьба

4408052_ (700x466, 151Kb)
Сегодня хочу вспомнить о выставке по фондам нашего краеведческого музея "Свидетели времени", организованной в нашей библиотеке к презентации нового краеведческого издания, проходившей в начале года. Хочу немного рассказать о фотографиях, представленных на ней. Их было не так много, но они действительно уникальны. Главных -  две, но для тех, кто незнаком с историей нашей области, они без пояснения мало что скажут, поэтому и решила посвятить им этот пост.Это фотографии из фондов Бахмутского, подаренные музею его внуком.
4408052_bahmyts1 (486x700, 254Kb)
Кто же этот человек, который так весело улыбается нам с потрепанного временем фото?

Имя Александра Бахмутского - первого секретаря обкома партии ЕАО в 1944-1949 гг. - даже в стабильных 70-80-х чаще всего произносили лишь в кругу друзей и родственников. Говорили, что этот бывший руководитель области был снят то ли за попытку создать Еврейскую республику из Еврейской автономной области, то ли за попытку отделить область от Советского Союза и превратить ее в самостоятельное государство при помощи Америки. Еще более противоречивы были слухи о дальнейшей судьбе этого человека. Одни говорили, что его расстреляли, другие утверждали, что «просто» посадили. С учетом обвинений и времени тех событий обе эти версии были весьма вероятны.
Александр Бахмутский появляется в Биробиджане в апреле 1943 года. На посту первого секретаря обкома он сменил П. Савика, переведенного на пост секретаря Хабаровского крайкома.
Два последних военных года Бахмутский руководил областью, наверное, не лучше и не хуже своего предшественника: фронт вытягивал все, что было для него необходимо, и оспаривать это было бессмысленно. При этом в 1944 году в приветствии Сталину от имени жителей ЕАО по случаю юбилея области рапортовалось о желании и готовности закончить в этом году строительство бумажной фабрики в Биракане (ее начали строить перед войной), прядильно-ткацкого комбината и угольной шахты на Ушумуне (там работы начались тоже в предвоенные годы).
Но уже в декабре 1945 года Бахмутский и Зильберштейн подписали обращение за помощью в Москву к правительству и лично Сталину В следующем году появилось специальное постановление по ускорению развития народного хозяйства ЕАО. Помощь была минимальной, но один пункт обращает на себя особое внимание: «Направить в ЕАО 50 учителей и 20 врачей, причем главным условием является их обязательное еврейское происхождение». Это дает основание предполагать, что в каких-то «верхах» мог быть реанимирован план повышения статуса области до автономной республики, как заявлялось ещё при её провозглашении. Ведь в послевоенные годы на международном уровне обсуждалась возможность создания полноценного еврейского государства – Израиля. А могла ли в этих условиях Еврейская автономная область в составе Хабаровского края выглядеть убедительным «нашим ответом»? Вряд ли Советский Союз хотел после славных побед во Второй мировой войне лишаться и этих лавров. Но для этого была необходима убедительная база – национальная, культурная, экономическая. Руководству области предстояло потрудиться. В условиях, когда свои ресурсы крайне невелики, следовало искать какое-то нестандартное решение.

Биробиджан образца 1946 года на парадной улице выглядел примерно так
Биробиджан в 1946 году - это город, получивший свой статус всего десять лет назад. Его население менее 50 тысяч человек. Город сравнительно насыщен предприятиями, но в основном мелкими и средними и с небольшой долей механизации: лёгкая промышленность, деревообработка, мебельное производство, обозный завод и др. В областном центре и вблизи него сконцентрированы основные предприятия области. Здания в городе практически все деревянные, центрального отопления нет, водопровода нет, канализации нет. Уже перед войной места лесозаготовок существенно отдалились от города, и Биробиджан начал испытывать серьезные трудности с заготовкой дров для печного отопления. К тому же дефицит электроэнергии: у области и города нет собственных генерирующих мощностей. У предприятий - собственные дизель-генераторы. Дизель-энергопоезд американского производства образца 1910 года едва обеспечивал светом административные и часть жилых зданий. В двенадцать ночи свет повсюду гас. Из 40 км тротуаров было замощено 3 (из них 2 километра - по улице Октябрьской, путь от железнодорожного вокзала) и еще 8 километров - дощатые тротуары. Все это осталось городу с довоенных времен.

Эти деревяшки "С частичкой" как говорили ещё в 80-е, которые помнят все жители Биробиджана тогда в 40-е считались хорошим жильём.
У всех советских городов и сел после войны общая проблема — нехватка рабочих рук. Но в 1946 году в области появляются японские военнопленные из бывшей Квантунской армии. Они работали на строительстве, мостили булыжником улицу Ленина в областном центре, производили стройматериалы. Город потихоньку стал благоустраиваться. И в том же году начинается добровольное, никем специально не организованное поначалу, переселение евреев на Дальний Восток, в ЕАО. (И сегодня от многих теперешних старожилов звучит - мои родители приехали в ЕАО после войны). Люди из разоренных войной западных регионов страны, где они потеряли родственников и жилье, стремились к родне, некогда уехавшей в Биробиджан. Утрата прежнего местечкового мира, с его особенным бытом и языком, также воскрешала в памяти слухи о «еврейской стране Биробиджан», которая виделась шансом на возрождение.
Новых людей надо было принимать, но своими силами область не могла их обустроить. В 1946 году правительство только на благоустройство Биробиджана выделило 1,5 миллиона, еще 900 тыс. рублей — на ремонт жилого фонда. И в том же году область впервые без государственных дотаций завершила сев и даже сумела обработать больше площадей, чем годом раньше. Несомненно, это было сделано за счет рационализации производства, так как потогонная система военного времени, не жалевшая людей «во имя победы», большего дать уже не могла. Примером практического мышления может быть Биробиджанский промкомбинат. Там открыли цех по пошиву модельной обуви из материала заказчика. Это был единственный способ обеспечить выпуск мирной востребованной продукции в условиях, когда централизованное снабжение предприятия сырьём затруднено.

(Это 1952 г., ещё время Бахмутского)
Убедить центр принять решение о поддержке экономического развития ЕАО Бахмутский решил экономическими аргументами. Будучи человеком образованным умеренно (сам говорил, что окончил семь классов, а в документах суда над ним в 1952 году сказано о среднем образовании и годичных курсах высшей партийной школы), он умел думать перспективно. Иногда, несомненно, увлекаясь. Александр Наумович усиленно «нажимает» на освоение ресурсов области: уголь Ушумуна, железную руду Кимкана, предлагает реконструкцию курорта «Кульдур»,
4408052_kyldyr (700x456, 236Kb)
(Кульдур тех лет. фото с выставки)
пытается решить проблему транспортного сообщения в области, проложив железнодорожную ветку до Ленинского и намереваясь продлить ее до Екатерино-Никольского, чтобы связать железной дорогой все районы автономии Для этого было необходимо 25-30 тысяч человек новых поселенцев.
Понимая, что люди на пустое место не поедут, а, разочаровавшись, могут уехать назад (об опыте конца-20-х – начала 30-х годов его, конечно, уведомили соратники), Бахмутский решает, что сначала надо сделать область привлекательной для новых жителей, а потом они, закрепившись, построят задуманное. Не потому ли в тяжелом послевоенном 1947 на площади перед вокзалом строится фонтан,

(он, правда уже не работающий, был ещё и в 70-е прошлого века).
в городе появляется шесть небольших автобусов, чтобы жители городских поселков могли беспрепятственно добираться оттуда на работу, да еще к тому четыре легковых такси! Для городка, который пешком можно было пройти из конца в конец за полчаса, это была просто роскошь! И она производила впечатление на приезжающих сюда журналистов из центральных газет.

Планов обустройства ЕАО у Александра Бахмутского было великое множество. Будь они действительно реализованы, то маленькая и молодая по сравнению с другими дальневосточными регионами Еврейская автономия – область ли, республика ли – оказалась бы серьезным конкурентом соседям в сфере экономики.
Но... время беспощадно сломало мечты и планы, сломало и судьбу этого человека. Причина в том, что в стране уже чувствовалась антиеврейская волна. Уже был ликвидирован Еврейский антифашистский комитет. В 1948-м вдруг решено было выпускные экзамены принимать только на русском языке даже в еврейских школах. Плохо знающих русский язык учеников переводили классом ниже. Еврейских детей насильственно делали второгодниками. Это была подлинная дискриминация.
Сигнал был дан, и в ЕАО допустивших «узконациональные перегибы» руководителей области и тех, кого они поддерживали, решили подвергнуть критике сперва на пленуме обкома (в отсутствие самого Бахмутского), а потом на партконференции, превратившейся в настоящую публичную порку недавних партийных и советских лидеров.
Материалы процесса над первыми лицами ЕАО и авторитетными журналистами свидетельствуют, что областная партконференция в июле 1949 года не была самостоятельным действом. На конференции лишь обсуждалось июньское решение Политбюро ЦК ВКП(б) «Об ошибках первого секретаря обкома партии ЕАО Бахмутского и председателя облисполкома Левитина». И для наблюдения за ходом конференции в Биробиджан прибыли два члена Центрального Комитета партии – инспектор ЦК Никитин и секретарь Хабаровского крайкома Ефимов. Что тут было ожидать? Может быть, к той поре уже дошла из Москвы до Дальнего Востока горькая поговорка: «Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин – из Политбюро».
И все-таки это был еще не суд. Реально вынести приговор он не мог никому. Тогда А. Бахмутский вынужден был покинуть ЕАО. Он перебрался подальше от мест, где о нем могли помнить хорошее и припомнить все, что было впоследствии охаяно. Работал скромным замести­телем начальника цеха Новочеркасского завода электрооборудования. Совсем не тот масштаб по сравнению с прежними постами. В области большинство было уверено, что Бахмутский уже в тюрьме, а то и расстрелян. И были недалеки от истины.

фото с сайта "Вспомним всех поименно". ссылка в конце поста
20-23 февраля 1952 года в закрытом судебном заседании Военная Коллегия Верховного Суда СССР рассмотрела печально знаменитое «дело биробиджанцев», когда по различным пунктам 58-й «политической» статьи УК РСФСР осудили восьмерых партийных, советских и культурных деятелей из ЕАО. Существенно, что к тому времени уже ни один из них давно не работал на постах, где они совершили свои «преступления» и «извращения».
Все осужденные были лишены государственных наград, в том числе фронтовых. У потерявшего на фронте ногу Мальтинского было два ордена Отечественной войны, медали «За оборону Сталинграда», «За освобождение Варшавы», «За победу над Германией». Приговором перечёркивались вся жизнь осуждённых.
Но происходит почти невозможное: А. Бахмутский и М. Зильберштейн отправляют ходатайства о помиловании, и в апреле 1952 года Верховный Совет СССР их удовлетворяет! Расстрел был заменен 25 годами исправительно-трудовых лагерей. Появился пусть и призрачный, но шанс на спасение.  Именно из тех, лагерных времен второе фото с выставки
4408052_bahmyts (700x417, 139Kb)
Затем три с половиной года Бахмутский, Зильберштейн, а также их родственники продолжали настаивать на невиновности осужденных. Бил политическими и юридическими аргументами Брохин, цитируя сочинения Сталина по национальному вопросу, а самому Лаврентию Берии писал о невероятном количестве «врагов народа» и «террористов», увиденных им в лагерях. Тем временем Левитин по неизвестной причине скончался в тюрьме. А вскоре умер Сталин…
В 1955 году по «Биробиджанскому делу» была проведена дополнительная проверка «по вновь открывшимся обстоятельствам». 9 сентября военный прокурор отдела Главной военной про­куратуры полковник юстиции Орешко признал, что «вопрос о политических ошибках Бахмутского и других бывших руководящих работников ЕАО был исчерпан решениями партийных органов. Однако после этого органами МГБ все же были произведены аресты по обвинениям в антисоветской и шпионской деятельности, а также в присвоении государственных средств, полученных от «Амбиджана» — общества дружбы «Америка — Биробиджан». Дела рассматривались без вызова в суд свидетелей и проверки доказательств.
Проверка установила, что обвинения Бахмутского, Зильберштейна и других ... не находят объективного подтверждения и дело в отношении их было сфальсифицировано по указанию бывших руководителей МГБ СССР Абакумова и Гоглидзе...».
Бахмутский Александр Наумович, 1911, урожен. г. Белгорода Курской губ., еврей. Место жительства: г. Новочеркасск. Начальник планово-распределительного бюро электровозостроительного завода (в 1943-1949 - первый секретарь обкома ВКП(б) ЕАО). Арест. 28.01.1951 УМГБ по Ростовской обл. Осужд. 23.02.1952 ВК ВС СССР по ст. ст. 58-1а, 58-10, 58-11 УК РСФСР к ВМН (расстрел заменен на 25 лет ИТЛ решением ПВС СССР от 05.04.1952). Реабилитирован 28.12.1955 ВК ВС СССР за отсутствием состава преступления. Архивное дело П-80190.
по статье В. Антонова - подробнее смотри здесь: [url]http://eao.memo27reg.org/pamat-o-repressiah/ludiodnogovremeni[/url]

Комментариев нет:

Отправить комментарий