Общее·количество·просмотров·страницы

понедельник, 23 августа 2021 г.

оркские истории

Клип на песню Михаила Елизарова "Оркская". Видеофрагменты взяты из трейлеров к игре World of Warckraft. 

Уже более 2-х тысяч лет существует литературная традиция - брать хорошо известный современникам текст и переосмысливать его, вкладывая в известные факты совершенно новое содержание. Когда-то такой историей были Иллиада и Одиссея, а в наше время одним из таких культовых текстов 20 века стали книги Толкиена. 

Долгое время книги Толкина в СССР не издавались, за исключением отредактированной версии «Хоббита, или Туда и обратно», где, например, из описания Смауга изъяли особенно заряженные слова вроде «личности». Это слово могло навести на мысль о «культе личности», а значит о Сталине. 

А когда, наконец, в начале 1980-х годов все-таки перевели первую часть «Властелина колец», Рональд Рейган как раз назвал СССР империей зла, и поговаривали, что для своей речи он кое-что позаимствовал у доброго волшебника Гэндальфа. Это подтверждало предположение советского руководства, которое уже давно считало, что Толкин имел в виду Россию. Вторую и третью книги печатать не стали, а аллегорическое прочтение произведения закрепилось всерьез.

   

Таковы предпосылки появления после распада Советского Союза российской ревизионистской литературы по мотивам Толкина, к которой относится «Последний кольценосец» Кирилла Еськова. Еще одно важное произведение — «Черная книга Арды» Элхэ Ниенны. В ней главную роль играет толкиновское злое божество Мелькор, более известное под именем Моргот. 

Дело в том, что на постсоветском пространстве распространена идея, будто «Властелин колец» на самом деле повествует о холодной войне, Мордор — это СССР, а орки — русские. Роман российского писателя Кирилла Еськова «Последний кольценосец» основан на идее, что «Властелин колец» — это пропаганда победителей, явно лживое произведение, призванное оправдать жестокую войну и последовавший за ней геноцид. Мы следим за судьбой оркского врача из научно продвинутого и относительно толерантного Мордора, который бежит от жестокой войны, развязанной западными землями. Пожалуй, не стоит говорить «орк» — ведь это расистское и оценочное слово.
 
Обстоятельный метод Кирилла Еськова заключается в том, что он разбирает предполагаемый эпос, как если бы он не был трилогией Толкина, написанной в Европе XX века, а действительно появился в Средиземье через много лет после войны кольца. Это позволяет ему рассматривать текст как исторический источник и подходить к нему критически. В итоге он реконструирует очень похожий мир с теми же самыми основными характеристиками. География, хронология и главные персонажи сохраняются. Зато меняется многое другое, например, идея о расах с генетически предопределенными свойствами. Это не соответствует нашей картине мира, рассуждает Еськов, так как же мы можем еще истолковать это противостояние сторон? Один из способов — отнестись к тексту как к пропаганде, направленной на дегуманизацию врага. Точно так же роман «Последний кольценосец» оправдывает не только орков из универсума Толкина. Это еще и речь в защиту русских. Сторонники националистических идей призывают россиян снова стать орками и перестать притворяться эльфами. И в этом случае мы говорим не о чутких и умных орках в духе Кирилла Еськова, а о привычных сильных и безрассудных воинах, борющихся с вырождающимся толерантным Западом.  
Один из самых красноречивых апологетов орков — Михаил Елизаров. В его «Оркской» «Властелин колец» — это пропаганда, эльфы — нацисты, а орки — русские. Так что мы возвращаемся к тому, с чего начали, — к героям и дегуманизированным врагам, а кто из них кто — предопределено с самого начала, потому что это зависит от расы. Или нации, если хотите. Это весьма неоднозначное произведение, во многом напоминающее работы самого Толкина. Просто оно поддерживает другую сторону.

Комментариев нет:

Отправить комментарий